Вознесение: Христос ушел, чему радоваться?

Почему Вознесение – уход Христа с земли, на которой Он сорок дней после своего Воскресения являлся ученикам, празднуется как радостное событие? Чему радуются апостолы, расставаясь со Своим Учителем и Богом? Доступна ли нам их радость?
Мнение библеиста, архимандрита ИАННУАРИЯ (Ивлиева), преподавателя Санкт-Петербургской Духовной Академии.

— В праздник Вознесения Господня читается Книга Деяний святых Апостолов Евангелиста Луки. Только этот Евангелист сообщает нам о Вознесении, причем дважды: в своем Евангелии (Лк. 24:50-53) и в Книге Деяний (Деян. 1:9-11). В последнем случае всего в трех стихах! Но они для Евангелиста имели очень большое значение. Сегодня мы далеко не всегда понимаем, почему уход Иисуса Христа с земли, на которой Он сорок дней после Своего Воскресения являлся Своим ученикам, празднуется как великое и радостное событие. Вспомним: в Евангелии говорится, что ученики Господа после Его отшествия на небо «возвратились в Иерусалим с великой радостью» (Лк. 24:52). Чтобы понять их радость, нам необходимо выяснить, какой смысл для людей того времени имело взятие человека на небо. Разумеется, сегодня мы не можем себе мыслить небо так же, как в первом столетии христианской эры. Но как бы «небо» ни мыслилось, в религиозном сознании оно было и остается сферой Божественного.

В античном мире вознесение или восхищение человека на небо означало его обожение, преображение смертного в бессмертного. Но в случае вознесения Иисуса Христа становилось ясно, что Он возвращается к той Божественной славе, которая принадлежала Ему изначально. Другими словами, Вознесение было не обретением, но подтверждением Его Божественности. И не только это.

В Библии взятие человека на небо имело особый, эсхатологический смысл. Предполагалось, что на восхищаемую личность возлагается особая задача перед концом века сего. Так, пророк Илия был взят на небо, но как бы ожидает своего возвращения. Господь говорит: «Вот, Я пошлю к вам Илию пророка пред наступлением дня Господня» (Мал. 4:5). В Книге Откровения есть удивительное место, где тайнозритель Иоанн видит земное рождение Сына Божия. И в его видении Спаситель после Своего рождения от Жены, облеченной в солнце, как бы немедленно, минуя все события Его земной жизни, восхищается на небо: «И родила она Младенца мужеского пола … и восхищено было Дитя ее к Богу и престолу Его» (Откр. 12:5). Это говорит о том, что Вознесению придавалось значение, равновеликое Рождеству, потому что пребывание Иисуса Христа на небе, в вечности, осознавалось как гарантия Его эсхатологического возвращения. 

Рассказы о Вознесении отражали радостный пасхальный опыт первых христиан. Этот опыт состоял в переживании живого присутствия распятого, воскресшего и вознесшегося Иисуса. После Вознесения Господа близость Воскресшего переживалась так сильно, что христиане могли исповедать: «(Он) открылся Сыном Божиим в силе» (Рим. 1:4), «Бог превознес Его и дал Ему имя выше всякого имени» (Флп. 2:9), «Его возвысил Бог десницею Своею в Начальника и Спасителя» (Деян. 5:31). Это спасительное деяние Бога воспевали, о нем размышляли снова и снова, его провозглашали. Именно Вознесение Христово придавало христианам уверенность в том, что Иисус не покинул их, но что Он – в вечности, а следовательно, всегда с ними. Из этой радостной веры Евангелист Лука и формирует свои высказывания о Вознесении.

Только три стиха текста. Но сколько искусной премудрости можно обнаружить в этих кратких строках!

Во-первых, мы замечаем, что в маленьком отрывке пять раз употреблены выражения, означающие «смотреть, видеть». Они призваны удостоверить в очевидности события. Здесь Лука заверяет в том, о чем говорил уже в начале своего Евангелия: он намерен сообщить только то, что «передали нам бывшие с самого начала очевидцами … Слова» (Лк. 1:2). Рассказ в Деяниях заверяет: Апостолы – очевидцы и, следовательно, будут надежными свидетелями и верными основателями предания.

Во-вторых, обратим внимание на облако, которое уносит Иисуса Христа. Разумеется, речь идет не о простом облаке. В наше время мы так далеко отошли от мировосприятия людей античного и библейского мира, что стали нечувствительны ко многим символам, которые так для древних имели значение. Люди примитивного ума могут посмеиваться над «детской фантазией» рассказа о полете на облаке. Но и люди разумные далеко не всегда понимают суть религиозной символики. Облако – общечеловеческий древний символ и наглядный образ божественного присутствия, а также восхищения и обожения. Достаточно почесть рассказ историка Тита Ливия о Ромуле, которого облако восхитило в небо, после чего римляне стали поклоняться ему как богу. Так в языческом мире. А в Священном Писании? В нем облако – тоже один из важнейших символов. Вспомним Преображение, где облако Божественного присутствия осенило апостолов (Лк. 9:34-35). Вспомним Первое послание к Фессалоникийцам, где говорится о восхищении «на облаках в сретение Господу» (1 Фесс 4,17). Но самое главное – пророчество Даниила о Сыне Человеческом, грядущем на облаках небесных (Дан. 7:13), столь часто вспоминаемое в Новом Завете. При Вознесении облако уносит Иисуса Христа от взора Его учеников. Цель Его пути – небо, о котором трижды говорится в речи Ангелов. Это троекратное повторение придает их речи торжественный характер: «смотрите на небо», «вознесенный на небо», «ушел на небо» (Деян. 1:11). Там, на небе, Он будет пребывать до Второго пришествия.

В-третьих, замечательно появление ангелоподобных мужей. Да, это именно Ангелы, чтò выдают их белые одежды. Евангелист Лука искусно строит свой рассказ о двух Ангелах в истории Вознесения как параллель к своему же пасхальному рассказу о женщинах, которые пришли с ароматами ко гробу Господа Иисуса. Там, возле пустого гроба «предстали перед ними два мужа в одеждах блистающих» (Лк. 24:4). Это тоже были Ангелы. Их двое. И это соответствует библейскому праву верного свидетельства ( Втор. 17:6; 19,15).

Наконец, в-четвертых, пожалуй, самое важное в рассказе о Вознесении – сама речь Ангелов. Как и на гробе, они задают вопрос, который призван исправить неверное понимание события и неверное поведение. «Что вы ищете живого между мертвыми?», – спросили Ангелы женщин. «Что вы стоите и смотрите на небо?», – спросили они учеников. Как тогда женщинам, видящим пустой гроб, было сказано, что искать живого с мертвыми лишено смысла (Лк. 24:5), так и теперь говорится, что бессмысленно искать взором Того, Кто сидит ныне одесную Бога (Лк. 22:69), бессмысленно ждать его ныне. Чтò надо делать ныне, было только что заповедано Самим Иисусом. Ученики не должны стоять, смотреть на небо и бездеятельно ждать или размышлять о Втором пришествии и его сроке, но должны стать свидетелями и очевидцами Воскресшего, как только они примут Духа, Которого они должны ныне ожидать в Иерусалиме, чтобы оттуда начать свой путь «до края земли». При этом нельзя забывать, что Господь в конце времен вернется. Второе пришествие Господа Иисуса, Сына Человеческого произойдет «таким же образом», каким произошло и Его вознесение, а именно, «на облаке» (Лк. 21:27). Вознесенный к Божественной жизни Иисус – вернется на облаках небесных как Сын Человеческий (Лк. 21:27), владычество Которого – «владычество вечное, которое не прейдет, и царство Его не разрушится» (Дан. 7:14). В такой уверенности, будучи очевидцами и свидетелями, ученики и должны идти указанным им путем.